Дети доверяют клоунам в лечении - Yaboltushka.ru

Дети доверяют клоунам в лечении

Клоуна вызывали? Как смехотерапия помогает в лечении тяжело больных детей

Корреспондент «АиФ-Новосибирск» пообщался с волонтерами-клоунами и узнал, почему они стараются развеселить ребятишек с тяжёлыми заболеваниями в больницах и хосписах.

Жалеть не надо!

Больничные клоуны занимаются реабилитацией детей при помощи игр и арт-терапии. Больничная клоунада существует в России около 10 лет, но до сих пор многие врачи и персонал больниц относятся к красноносым артистам с недоверием.

К каждому визиту в больницу клоуны долго готовятся. Волонтёры работают в паре. Это, по словам Надежды Бочкарёвой, помогает справиться с эмоциональным выгоранием. В медучреждении происходит магия перевоплощения обычных бухгалтеров, продавцов и предпринимателей в артистов: накладывают грим, надевают костюм. Потом клоуны, чтобы настроиться, делают парную разминку. Когда они надевают красный нос – образ закончен. Идут к завотделением, чтобы узнать о состоянии здоровья детей, которые лежат в больнице. Для первой встречи важно знать имя и возраст каждого, у кого какой диагноз, находится ребёнок в больнице с семьёй или он сирота. Конечно, это профессиональная тайна, которую они не разглашают.

«Иногда врачи сообщают, что, например, у Маши из 305 палаты совсем нет аппетита, и больничные клоуны возьмут это обязательно на заметку, – продолжает Надежда Андреевна. – Тогда, войдя в палату, клоуны могут разыграть сценку. Один клоун выступит в качестве родителя с тарелкой каши, а второй – капризный ребёнок, который ни в какую не хочет её есть, прячется под кровать и придумывает небылицы об овсяном монстре. Увидев, что взрослый клоун боится кушать кашу, малыши порой показывают своим примером, что это совсем не страшно. Заодно рассказывают о своих невзгодах».

Надежда рассказала, что у детей, столкнувшихся с травмой или болезнью, часто кардинально меняется мировоззрение. «Как-то в больнице мы познакомились с мальчишкой, который был настоящей звездой футбола у себя в школе до тех пор, пока не попал в страшную автомобильную аварию, – поделилась клоунесса. – Если раньше он мог забить 20 мячей в ворота соперника, то теперь не всегда мог просто попасть по мячу. Азарт и чувство соперничества для таких детей – лучшее лекарство. Когда он увидел, что пара наших «неуклюжих» клоунов не то что забить, но даже пнуть мячик не могут, он воспрянул духом и обещал их научить».

Актёры или врачи?

Больничная клоунада начала зарождаться ещё 35 лет назад за рубежом. Всемирно известный американский доктор Пэтч Адамс – один из первых врачей, которые надели красный нос и стали больничными клоунами. На спонсорские деньги он позже основал бесплатную клинику в штате Вирджиния, в которой лечит людей бесплатно, находя индивидуальный подход к каждому и используя смехотерапию. Он уже более 11 лет путешествует по миру и лечит смехом больных детей.

В это время в Нью-Йорке клоун – руководитель американского цирка BigAppleCircus Майкл Кристенсен после одного из выступлений в детской больнице Бостона основал службу «скорой помощи клоунов». Артисты надевали белые халаты, приезжали в больницы и делали шуточные «обходы» больных детей. Вскоре их проекты стали широко известны в других странах. Сегодня больничные клоуны входят в штат лечебных учреждений в США, Израиле, Франции, Бразилии и Канаде.

К сожалению, в Новосибирске такой вид медицины развивается медленно. Во-первых, потому что это эмоционально очень тяжело. Во-вторых, далеко не все больницы и родители принимают такую эмоциональную поддержку для детей, а в-третьих, это движение абсолютно волонтёрское, то есть бесплатное.

«Пора отходить от стереотипов: в Европе доктора часто ходят в ярких халатах и смешных масках, – говорит Надежда Бочкарёва. – Сейчас у нас в штате около 30 человек, но активных не более 10. Для многих больничная клоунада – это хобби, ведь наша помощь никак не вознаграждается, а надо и семью кормить. Пока мы работаем лишь с десятком лечебных учреждений. Некоторые позвали нас сами, к другим приходилось напрашиваться. Моя мечта – чтобы в штате каждой больницы появился свой больничный клоун и профессию официально признали. Тогда мы сможем помочь тысячам детей пройти сложный период их жизни с улыбкой».

«Ты не испытываешь жалость к детям». Монологи больничных клоунов

Больничная клоунада появилась в США 30 лет назад, и сейчас в некоторых странах ее считают отдельной профессией. В России первая профессиональная организация появилась в 2011 году. За эти годы клоунада развилась в нескольких городах страны, в большинстве из них красный нос может примерить на себя любой неравнодушный человек. В Москве же работу с детьми доверяют только профессиональным актерам.

Многие все еще воспринимают их как волонтеров, которые «пришли поиграть» с больными детьми. Между тем каждый из этих «волонтеров» несколько месяцев готовится к первой встрече с ребенком. RTVI узнал, как и зачем актеры приходят из театра в больницу и что заставляет их оставаться в профессии все эти годы.

Полина Ульянова / Вжика

Полина Ульянова / Вжика, 8 лет в профессии

Сначала мне не до конца было понятно, что такое «больничные клоуны». Во-первых, клоунада — довольно абстрактное понятие, еще и в больнице. Конечно, было страшно идти к детям. Одно дело — анимация, и совершенно другое — когда детки болеют. Но первый день пролетел незаметно: мы просто переоделись в костюмы, начали петь, танцевать, дошли до отделения, отработали, вернулись, зашли в гримерку и только тут до нас дошло — мы только что это сделали.

Бывает, у человека есть дело, и он кайфует от него. Это может быть бизнес или наемная работа. Но есть и другое слово — «вклад».

Больничный клоун делает «вклад» в других людей, «безусловный вклад». Ты можешь и не узнать, сработал ли твой «вклад», но иногда узнаешь. Бывает, звонят психологи, говорят: есть мальчик, у которого нет сейчас моральных ресурсов, чтобы бороться с болезнью. Мы играем с ним, а затем нам психолог говорит, что анализы мальчика улучшились — появились силы. Безусловно, огромную работу в больнице делают врачи и психологи. Но когда ты часть этого процесса — чувствуешь, что приносишь пользу.

Оля Беляева / Беляш

Оля Беляева / Беляш, 2 года в профессии

Про больничных клоунов я слышала давно, но все не решалась. Ведь обычно, когда говорят о больничной клоунаде, сразу представляют больных детей и ужасы больницы.

Но однажды я услышала, что в школу больничных клоунов открыли набор — решилась, прошла кастинг и стала учиться.

Перед началом обучения нас отвели посмотреть, как работают уже опытные ребята. И то, что я увидела, было по-настоящему круто — они просто заходили в палату и полностью меняли там атмосферу. Мне тоже захотелось этим заниматься.

По профессии я актриса, и это, безусловно, часто помогает, но тем не менее больничная клоунада — это немного другое. Актерских амбиций и жажды самореализации в этой профессии нет.

Лена Муравьева / Поночка

Лена Муравьева / Поночка, 6 лет в профессии

Я боялась пробовать себя в этой профессии из-за сентиментальности. Обычно при упоминании о больных детях я сразу начинала плакать. Но в больничной клоунаде есть особенный фокус: когда надеваешь красный нос, начинаешь по-другому воспринимать окружающее. Ты не испытываешь жалость к детям, они для тебя такие же, как и все, просто они в больничном помещении, а из живота у них торчат прикольные трубочки. Но, естественно, я всегда отдаю себе отчет в том, что не могу позвать играть в догонялки человека на аппарате.

У нас есть одно счастливое правило, которое защищает и сохраняет тебя в профессии: если сказали «нет» — это не фиаско, а возможность человека проявить свою волю. В больнице ни ребенок, ни взрослый не могут сказать «нет» никому, кроме клоуна. Мы единственные люди, которым он может отказать. Во-первых, это полезно для них, а во-вторых, осознание этого очень «сохранно» действует и на нас.

Еще одно правило — принцип эмоциональной честности. Когда понимаешь, что у тебя не получается наладить контакт с ребенком, можно честно сказать: «Не получается у меня сейчас, да?» Вы не представляете себе, какое это счастье и облегчение не только для нас, но и для зрителя. Люди же всегда очень вежливые, а родители часто твердят детям: «Смотри, это к тебе пришли». А ребенок ничего не хочет смотреть — у него болит голова, например. Так он получает возможность честно сказать, что не хочет смотреть, и мы уйдем.

Зато, когда мы придем к нему в следующий раз, он будет знать, что мы не будем его насильно заставлять играть. Мы не «вежливые», мы не ведем себя «вежливо», и у нас нет установки прийти и формально отработать в больнице, изображая добро. Нам важно честное взаимодействие. Нам важно действительно понимать, что мы делаем.

Варвара Иванова / Мотя

Варвара Иванова / Мотя, 7 лет в профессии

Самые яркие истории в больничной практике происходят не тогда, когда все хохочут до слез, а когда ты полностью меняешь состояние в палате. Допустим, приходишь ты в палату, где сидит подавленная мама и ребенок-подросток, которому клоуны уже давно не интересны. И они показывают тебе, что им это не нужно. Но и из этой ситуации получается выйти — говорим, что просто зайдем в палату, просто поздороваемся, или просто что-нибудь роняем, это укатывается… вариантов куча! И самое крутое, когда ты приходишь в палату, где тебе говорят: «Нет, не надо», а потом провожают с улыбками и говорят: «До встречи!» Если в твоей работе возникает момент, который тебя задел и тронул, это всегда прорабатывается — в нашей организации есть психологи.

Читайте также  Российские студенты планируют построить гелиолодку

В этой сфере я планирую развиваться и дальше. Хотя, слово «развиваться» тут не очень подходит. Здесь разговор скорее не про развитие, а про вложение себя во что-то и вложение чего-то в себя. Не в материальном, естественно, смысле, а в эмоциональном, психологическом, душевном.

Алексей Колтомов / Гоша

Алексей Колтомов / Гоша, 1 год в профессии

То, чем мы здесь занимаемся, не обычная клоунада, не цирковая и даже не театральная, а больничная. Ты приходишь в пространство и играешь только от него: представляете, есть только палата. Нет множества зрителей: есть один ребенок и одна мама. Это очень сложно, у тебя практически никаких средств — только ты, твоя выразительность и желание изменить пространство в палате, где постоянно лекарства, врачи и процедуры. Это настоящее чудо, когда у тебя получается изменить атмосферу. И она остается за тобой, даже когда ты уходишь.

Обучение длилось шесть месяцев, а затем мы много раз выходили со «старшими», более опытными клоунами в больницу. И теперь я понимаю, как важно это поэтапное обучение. И еще понимаю, почему этим должны заниматься не волонтеры, а люди с профессией — клоуны и актеры. Потому что в это дело нужно очень много вкладывать — ведь люди в больнице эмоционально истощены, с ними необходимо делиться энергией, заряжать их.

Сергей Зайцев / Ананас

Сергей Зайцев / Ананас, 4 года в профессии

Однажды в нас с партнером начали сразу понарошку «стрелять», как только мы зашли в палату. Дети с первого шага задали нам игру. Хочешь не хочешь, а принять ты ее должен. Мы игру приняли, стали прятаться. Чтобы закрываться от обстрела, я схватил ручку от кровати.

Тут открывается дверь, входит медсестра с «железным» лицом, я ставлю эту штуку на место (от греха подальше), а дети все продолжают «стрелять» по нам. Медсестра суровым голосом спрашивает, что это мы здесь устроили и кто взял ручку от кровати. Я с красным носом и невозмутимым видом показываю на ребенка, а тот растерян — не ожидал такого поворота. Но медсестра быстро поняла, что мы ее разыгрываем, рассмеялась и понарошку отругала нас. В этот день мы подняли настроение не только детям с их родителями, но и этой медсестре.

Лично для меня это замечательно показывает, что все можно постараться перевести в игру, что бы ни происходило, даже в больнице. Многие доктора это понимают, но некоторые этому только учатся. Мне самому больничная клоунада во многом помогает этим состоянием игры — это дело точно не позволит тебе погрязнуть в рутине «театр-дом-театр-дом».

Филипп Савинков / Гусь

Филипп Савинков / Гусь, 5 лет в профессии

Мне как актеру захотелось направить свою энергию и мастерство в полезное русло, туда, где я могу помочь. Это ведь здорово, что своей профессией я могу помочь людям. Меня радует, что я не просто играю на сцене.

Лучше всего мне запомнились первые визиты в больницу, когда мы смотрели, как работают другие клоуны. Помню случай: они заходят в палату, где дети лежат после операции. Там вместе с родителями была девочка, вся подключенная, дышала через трубку — у нее только глаза двигались. И я со стороны не очень понимал, что клоуны вообще могут в этой ситуации сделать, как взаимодействовать. Они потихонечку зашли, ничего не делали, а затем стали просто танцевать.

После этого один из них пустил пузыри, и клоуны разыграли между собой какую-то очень простую историю. Но вы бы видели глаза этой девочки! Видно было, что произошло как раз это волшебство, «магия из ничего». Казалось бы, зашли два клоуна и просто станцевали — но они сделали нечто, из-за чего ребенок словно ожил.

Сейчас мне сложно анализировать себя и свое поведение со стороны, но бывает такое, что входишь в палату к ребенку и чувствуешь, как преображаешь пространство вокруг него.

Илья Боязный

Илья Боязный, 8 лет в профессии

Осваивая эту работу, ты получаешь много инструментов для своей профессии, ведь она связана с импровизацией, с технологиями взаимодействия с людьми, поиском игры, контакта и интереса. Наша работа находится на стыке психологии, актерского мастерства и клоунады.

Я сам преподаю больничную клоунаду, и одна из главных проблем новичков — они приходят, предполагая, что будут заниматься глубоко психологической деятельностью, начинают ощущать себя психологами. Они забывают, про свой конкретный навык — артистичность. Больничному клоуну важно помнить, что он не психолог: в больнице есть свои психологи, врачи, и волонтеры — и у каждого своя задача.

По-моему, главная задача больничной клоунады — создание впечатления. Я могу подобрать для конкретного ребенка, родителя или врача очень точное впечатление, которое будет кормить его ближайшую неделю, месяц, или даже год. Я могу сделать в палате нечто такое, что может перебить его состояние, и он может этим «питаться». В больнице ведь, по большей части, плохие новости и однообразная картинка — от чего-то же надо питаться. Некоторым для этого нужно маленькое и нежное впечатление, а других нужно довести до колик от смеха. И я могу к каждому подобрать его впечатление. Это становится возможным именно благодаря клоунаде, потому что клоуны могут нарушать дистанции, которые не могут нарушать другие.

Анализ эффектов больничной клоунады как способа реабилитации в условиях стационара

Рубрика: Спецвыпуск

Дата публикации: 09.01.2018 2018-01-09

Статья просмотрена: 486 раз

Библиографическое описание:

Галаева, К. С. Анализ эффектов больничной клоунады как способа реабилитации в условиях стационара / К. С. Галаева, Е. М. Иванова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2018. — № 1.1 (187.1). — С. 10-12. — URL: https://moluch.ru/archive/187/47688/ (дата обращения: 10.10.2021).

В данной работе представлены результаты исследования феномена больничной клоунады как формы социально-психологической помощи пациентам в условиях стационара. На основе анализа литературы рассмотрены физиологические и психологические эффекты клоунотерапии. Анализируются результаты эмпирических исследований воздействия клоунотерапии, которые подтверждают успешность реализации ряда задач, выдвигаемых больничными клоунами, и обсуждаются их ограничения.

Ключевые слова: больничная клоунада; клоунотерапия; кризис; юмор; реабилитация; социально-психологическая помощь.

На данный момент больничная клоунада становится все более популярным направлением работы в больнице. В России клоунотерапия развивается не только в крупных городах, но и по всей стране. В связи с таким развитием больничной клоунады возникает потребность в более точном изучении эффектов данной терапии на состояние больных пациентов.

Больничная клоунада – это форма оказания социально-психологической помощи детям, проходящим длительное лечение [1]. Что же делает больничный клоун, чтобы помочь пациентам? В первую очередь клоун приходит в больницу, чтобы поиграть с ребенком, развлечь его, помогает ему отвлечься на некоторое время от больничной атмосферы. Реквизит больничного клоуна отличается от того, что используется в цирковой или эстрадной работе. Так, хотя костюм больничного клоуна тоже может включать отличительный красный нос, огромные ботинки, нарядную шапку, они не пользуются традиционным для циркового представления ярким гримом, чтобы не напугать ребенка. Взаимодействие ведется на гораздо более близкой дистанции, чем в варианте сцены. Большую часть реквизита составляют предметы больничного быта и их имитация. Зачастую клоунов можно встретить в халате, у них могут быть игрушки и муляжи шприцов, градусников, которые лишь напоминают настоящие, но совсем не пугающие ребенка, что помогает им справится с тревогой, связанной с болезненными процедурами. Перед первым походом в больницу, будущий больничный клоун проходит специализированное обучение.

Профессиональная больничная клоунада начала развиваться в 1986 году в США. В странах Западной Европы также используется практика больничной клоунады для реабилитации больных. Некоторые из них волонтёрские, некоторые профессиональные, например, Soccorso Clown в Италии, Rire medecin во Франции, Big Apple Circus в США и другие.

В нашей стране данным видом клоунады занимаются две некоммерческие благотворительные организации: – «Доктор клоун» – волонтерская и «Больничные клоуны» – профессиональная. Они работают в Москве, Санкт-Петербурге, Казани, Ростове-на-Дону, Орле и в Рязани. Также они расширяют свои границы и проводят обучающие семинары в других регионах России и СНГ [2].

Всё большее распространение практики клоунотерапии, с одной стороны, и её дискуссионность в контексте клиники, с другой, вызывают потребность в её научном обосновании. Эффективность больничной клоунады может достигаться за счёт различных механизмов: физиологических, психологических, социальных и др.

Ряд исследований, подтверждает влияние юмора и смеха на улучшение физического здоровья человека [3].

Были выявлены различные влияние смеха на артериальное давление. Обнаружили [9], что женщины с более высокими показаниями по шкалам оценки юмора, как правило, имеют более низкие уровни систолического артериального давления. Однако противоположные данные были получены в отношении мужчин. Уровень систолического артериального давления был выше у испытуемых с более высокими показателями по шкалам оценки юмора. Авторы исследования предложили, что данный феномен связан со стилем юмора. Женщины склонны использовать более адаптивные формы юмора, а мужчины предпочитают агрессивный вид юмора, который ведет к повышению артериального давления.

Наиболее определенные данные были получены в отношении болеутоляющего эффекта. В эксперименте [10] испытуемых просили погрузить руку в ледяную воду и засекали, сколько времени человек может терпеть такой болезненный стимул, тем самым измеряли их болевой порог. Образовали четыре группы с разными стимулами: одним предъявляли аудиозапись с обычным повествованием (лекция по этике), другим аудиозапись для мышечной релаксации, третьим аудиозапись юмористического выступление и контрольной группе ничего не предъявляли. В результате обнаружилось, что болевой порог испытуемых из второй и третьей группы оказался выше, чем для контрольной группы и для тех, кто слушал лекцию.

Читайте также  Зачем нужны брекеты?

Эмоциональное состояние может влиять на иммунитет. Исследования [11] показывают, что отрицательные эмоции, такие как гнев, депрессия и страх, могут отрицательно влиять на ряд параметров иммунитета, хотя на другие его параметры те же самые эмоции могут влиять положительно. В исследовании [12] изучали влияние просмотра комедийных записей на уровень секреторного иммуноглобулина А. Было обнаружено повышение уровня секреторного иммуноглобулина А после просмотра выбранной записи относительно начального уровня. Данных в этой области исследования немного, и они противоречивые, со многими методологическими ограничениями. Механизмы этих влияний все еще недостаточно изучены, поэтому необходимо продолжать исследования в данной области.

Больничная клоунада оказывает положительное влияние на человека не только с биологической точки зрения, но и с психологической и социальной тоже. Ситуация госпитализации является психотравмирующей для человека, в особенности для ребенка. Исследование [4] была описана моторика таких детей. Они становятся двигательно-пассивными, задерживается моторное развитие из-за ситуации тяжелой эмоциональной депривации. Для успешного преодоления такого кризиса пациент нуждается в правильной организации больничной среды, которая могла бы минимизировать стресс и стимулировать дальнейшее выздоровление.

Больничные клоуны преследуют в своей работе выполнение таких задач, как [2]:

 сокращение сроков синдрома «госпитализма»;

 сокращение длительности стрессовых состояний у детей при первой и последующих госпитализациях ребенка;

 отвлечение и психологическая разгрузка ребенка в предоперационный период и непосредственно после операции; отвлечение и снятие болевого синдрома немедикаментозными методами при проведении медицинских манипуляций.

Другие авторы дополняют список задач [6]:

 гармонизировать психологическое состояние ребенка в больнице через игру и интерактивное общение;

мотивировать детей на правильное и при этом веселое принятие лекарств.

Успешность достижения целого ряда из этих задач подтверждается эмпирическими данными. Так, исследование [5] показало, что наиболее эффективно снижается предоперационная тревога и беспокойство у детей медикаментозным методом, но он не лишен недостатков. Многие пациенты могут проявлять сильный стресс и отсутствие готовности к процедуре в процессе введении анестезии. Больничная клоунада помогает избежать медикаментозного воздействия и способствует выстраиванию благоприятных отношений с ребенком.

По данным опроса [6] обнаружилось, что больничная клоунада улучшает самочувствие пациентов, улучшается их адаптация к больничной обстановке.

В результате исследования [7] обнаружилось, что обследуемые не только испытывают веселье, но и чувство, описанное как трансцендентное, которое включает: воодушевление, ценность собственной личности, свою привилегированность, эмоциональный подъем.

Тем не менее, эффективность реализации некоторых задач, декларируемых больничными клоунами, не получила подтверждения в эмпирических исследованиях. В одном из исследований [8] регистрировалась лицевая экспрессия пациента в процессе взаимодействия с больничным клоуном. Сравнивалась частота улыбки Дюшена, которая считается наиболее точным объективным показателем переживания чувства смешного и радости, с количеством других видов улыбки (например, улыбка вежливости и т.п.). Оба типа улыбок проявлялись во время выступления больничного клоуна. Результаты исследования показали наличие индивидуальных различий в эмоциональном реагировании пациентов на вмешательство клоунотерапевта. Терапия была наиболее эффективна с пациентами, у которых более выражена жизнерадостность как черта личности (использовался опросник State Trait Cheerfulness Inventory (STCI-T-60)). Они в большей степени готовы реагировать положительно на юмористические стимулы в разных ситуациях. Таким образом, исследование демонстрирует, что вмешательства больничных клоунов подходят не всем группам пациентов и не всегда вызывают сильные положительные эмоции.

Хотя исследований в данной области становится все больше, по-прежнему существуют пробелы в определении того, какие аспекты наиболее эффективно приводят к положительным результатам. Возможно, работа больничного клоуна лишь повторяет работу с другими специалистами, будь то психолога, социального работника, врача или эффект их работы больше напоминает семейную поддержку. Несомненно, юмор и смех – важный аспект для выздоровления, но их влияние все еще нужно исследовать.

«Я пришла играть, а не утешать». Узнали, кто такие больничные клоуны и каково им работать с онкобольными детьми

Тяжелый труд, подвижничество и самопожертвование. Ирина, или ее альтер-эго больничного клоуна Фроси, не любит, когда о ее волонтерской работе отзываются в таких определениях. Несколько раз в месяц на выходных она в паре с Татьяной, больничным клоуном Трусей, идет в палату гематологического отделения, чтобы около часа провести с детьми, которые борются с онкологическими заболеваниями. Кто-то не может читать без слез истории маленьких борцов с тяжелым недугом, но Ирина и Татьяна уверяют, что общение с этими «отважными трусишками» сравнимо с радужным потоком.

— Мне нравится ощущение свободы и полета, которое мне дарит работа больничным клоуном. Мне даже удивительно слышать от людей, что я молодец. Мне кажется, это преувеличение и романтизация этой деятельности. Она больше дает, чем забирает.

Казалось бы, клоунам не место в стенах больницы, но как раз такой позитивной встряски порой не хватает ее пациентам. Больничные клоуны — это те же медицинские волонтеры, которые приходят к детям во время лечения и проводят с ними время: играют, организуют конкурсы, мастер-классы, просто общаются и веселятся. Отличие лишь в том, что в образе клоуна они вольны оставить все домашние проблемы за дверями больницы и расширить собственные границы фантазии, своих способностей. Никакой жалости или поглаживаний по головке. С ребенком в больнице нужно быть наравне, чтобы разделить с ним радостные моменты.

— Если честно, — рассказала Ирина, — у меня никогда не было такого, чтобы плакал сам ребенок. Плачут чаще бабушки и мамы, но чаще бабушки. Был случай, когда я зашла в палату с игрушкой и на вопрос: «А что вы тут делаете?» услышала от одной из бабушек ответ: «Болеем!». И в течение того времени, что я работала, она продолжала акцентировать внимание на болезни ее внука. От таких эмоций я обычно стараюсь дистанцироваться.

— Я пришла играть, а не утешать. Я это очень хорошо поняла: когда жалеешь, то немного возвышаешься над человеком, и суть твоей работы теряется. Мы с ребенком должны стать партнерами по радости. А какое это партнерство, если я выше? Соответственно, бабушку и маму лучше всего тоже вовлечь в игру.

Идея привести клоунов к детям с онкозаболеваниями принадлежит Юлии Тубис, создателю и руководителю благотворительного фонда имени Арины Тубис. На своем опыте она поняла, какую важную роль в процессе лечения детей, их качестве жизни играет такого рода поддержка. Впервые она столкнулась с клоуном в израильской больнице, куда вместе с дочерью приехала на лечение. В незнакомой обстановке в чужой языковой среде клоун сумел вызвать детскую улыбку буквально за несколько секунд работы в палате.

— Она сидела в больнице, где было страшно и непонятно. В Израиле же все по-другому. Клоуну сразу сказали, что в отделении появился новый ребенок-турист. Он осторожно заглянул к нам, затем достал чесалку для спины. Сперва он тихонечко почесал спинку мне, затем ей. После вытащил соску и пососал ее. Дочь уже засмеялась, ей стало смешно. А потом клоун начал предлагать сосочку ей самой, маме. В таком диалоге клоун в израильской больнице начал играть с ребенком без языка.

Юлия рассказывает, что в Израиле больничный клоун — не забота волонтеров, а настоящая профессия. Существует специальная бакалаврская программа, а в больницах клоунам платят зарплату. Больничный клоун провожает и встречает ребенка из операционной, работают в хирургии и онкологии. В России подобными практиками занимаются на общественных началах и чаще всего, по словам Юлии Тубис, без должного сопровождения и подготовки.

А подготовка нужна серьезная, причем дело не только в детях, но и в здоровье самих волонтеров. Как рассказывает директор некоммерческой организации «Семейного центра «Вереск» психолог Екатерина Бойко, главный риск работы медицинского волонтера и больничного клоуна в том, что она может поглотить, что приведет к эмоциональному выгоранию, паническим атакам или другим психологическим проблемам. Разобрать и подготовить волонтеров к трудным ситуациям в общении с детьми с недетскими диагнозами — одна из сторон обучения. Специалист рассматривает с группой ситуации детского плача, первого контакта с ребенком. Взрослый большой незнакомец может напугать маленького пациента, поэтому подходить к нему нужно именно так, как это делал израильский клоун, — постепенно через контакт с близким человеком. Одно и упражнений, которое проводят наставники с будущими волонтерами, называется фейерверк: клоун должен приблизиться к ребенку так, словно хочет показать ему эти горящие огни, но так, чтобы не обжечь.

В Петрозаводске подготовкой больничных клоунов и медицинских волонтеров занялись благотворительный фонд имени Арины Тубис и семейный центр «Вереск». Полугодовое обучение прошли уже два набора волонтеров, курирует курсы Екатерина Бойко. Она ответственна за стрессоустойчивость своих слушателей и образы клоунов, которые будут приходить в детские палаты больниц.

— НКО мало поддерживают своих волонтеров. В других регионах люди приходят и уходят потоками, потому что у них начинаются проблемы: панические атаки, тревожные состояния. Слава богу, волонтеры говорили нам об этом, поэтому в рамках программы мы давали готовили людей к разным ситуациям, чтобы они могли правильно это принять. Мы даем дальнейшее сопровождение, и если человека начинает что-то беспокоить, то можно прийти к Кате и рассказать о своих тревогах и страхах, — рассказывает Юлия Тубис.

О сложности работы больничного клоуна говорят цифры. На первые тренинги премьерного набора волонтеров пришли полсотни человек. Из них в фонде до сих пор работают всего семеро. Поначалу люди так сильно проникались проблемами болеющих детей, их родителей, что давали свои телефоны, пытались стать друзьям с пациентами, их папами и мамами. По мнению Екатерины Бойко, такой подход в корне неверен. Важно, чтобы у волонтера оставалась личная жизнь, время на работу, свою семью и друзей. Больничный клоун не друг, но помощник, который делает жизнь в четырех стенах с капельницами и врачами немного лучше.

Читайте также  Витамины для суставов

— Главная ошибка, которую совершают медицинские волонтеры, это когда ты даешь свои номера телефонов родителям. Некоторые мамы и папы начинают звонить, настаивать, чтобы ты пришел в больницу и провел время с его ребенком: «Он вас ждет и плачет. Вы должны прийти!» — говорят они. Но ведь у волонтеров своя личная жизнь, нельзя допускать этого вмешательства. Сейчас мы даем телефон только руководителя, через которого решаются все вопросы.

Еще одна ошибка, которую совершали сперва волонтеры, — это сильное сближение с ребенком. К детям начинали ходить каждый день, сидели с ними по три-четыре часа, что приводило к просьбам родителей прийти и погулять с сыном или дочкой, потому что без своего «нового друга» ребенок плачет.

— Родители могут звонить каждый день, рассказывать о здоровье своего ребенка. И мы их понимаем, они хотят сделать как лучше. Мы никого не осуждаем, но волонтеров нужно беречь.

В этом году «Вереск» получил президентский грант на проект «Радуга на ладонях», в рамках которого создадут систему обучения больничных клоунов и медицинских волонтеров. Совместно с фондом Юлии Тубис планируется увеличить число волонтеров, чтобы клоуны появились не только у пациентов онкогематологического отделения Республиканской больницы, но и в детской республиканской больнице, причем как в палатах, так и в ее коридорах.

Будущих волонтеров ждет полгода занятий, которые включают в себя как занятия по актерскому мастерству и анимации, так и тщательную работу с психологом. Программа была разработана специалистом из Санкт-Петербурга Ириной Артюховой совместно с Екатериной Бойко. Слушателям курсов расскажут теоретические вопросы по темам эмоционального выгорания, детской психологии и психологии больного ребенка, реакции на заболевание детей и родителей. Ждут будущих волонтеров и нелегкие шестичасовые интенсивы, на которых отчасти проверяется, способен ли человек заниматься работой с детьми со сложными диагнозами.

— Само участие в такого рода работе — это испытание. Ты выбираешь работать с тяжелобольным ребенком. Теперь человеку придется сталкиваться со сложными ситуациями. Тренинги включают в себя тренировку на возможность переносить их, — рассказывает Екатерина Бойко.

Одна из самых сложных ситуаций в работе больничного клоуна и волонтера — это уход из жизни ребенка, с которым ты работаешь. Больничные клоуны Татьяна и Ирина пережили уже два таких случая. Несколько дней они не возвращались в палату, считая смех и веселье тогда неуместными, но затем они снова зашли к детям и поняли, что нужны тем, кто продолжает борьбу с недугом.

— Это тяжело и трудно, в первый раз всегда неожиданно. Смерть нужно пережить, чтобы потом понять. Мы проводит с волонтерами супервизионные встречи, даем волонтерам дальнейшее сопровождение: встречаемся и обсуждаем эту ситуацию, говорим о чувствах и как дальше с этим работать. Жизнь других детей продолжается, и клоун как приходил, так и приходит.

По словам Екатерины Бойко, для того, чтобы стать медицинским волонтером в больнице, не нужно каких-то особенных талантов. Главное — быть психически здоровым и понимать свою мотивацию. Судя по практике, желание помогать детям возникает у людей в кризисные моменты жизни: потеря близкого, возрастные кризисы, поиски смыслы жизни. Если правильно поддерживать человека, прояснить его мотивацию, то такая работа может помочь. Но не стоит начинать заниматься волонтерством ради невыполнимых целей.

— Бывает так, что человек приходит бороться со смертью: «Я хочу, чтобы люди не болели, дети не умирали», — говорит он. Это невозможно, и когда человек это понимает, то он может уйти. У нас были такие ситуации, когда человек на последнем тренинге признавался, что не готов пока к этой работе. Мотивация такова, что она не позволит ему долго находиться в больнице.

Сейчас благотворительный фонд имени Арины Тубис и центр «Вереск» объявили набор в группы желающих стать медицинскими клоунами или больничными волонтерами. Для этого нужно заполнить анкету, после чего сотрудник фонда свяжется с человеком и объяснит дальнейшие действия. Первая информационная встреча с будущими волонтерами запланирована на февраль 2018 года.

Проект «Радуга на ладонях» реализуется с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.

Клоунотерапия как компонент психологической поддержки детей и подростков с ограниченными возможностями здоровья в условиях Реабилитационного Центра.

Клоунотерапия как компонент психологической поддержки детей и подростков с ограниченными возможностями здоровья в условиях Реабилитационного Центра.

Автор: Ахметова Лиля Заитовна

Длительный процесс, диагностирования и лечения детей с ограниченными возможностями здоровья, является травматичным для психики любого ребенка. Это может разрушить привычные стереотипы поведения, нарушаются естественное становление его социального опыта, в частности коммуникативные навыки, нормальный ход образовательного процесса. Происходят изменения системы ценностей, перестраивается личность больного. Все это приводит к социальной дезадаптации, а она, в свою очередь, усугубляется ухудшением социального и психологического статуса всей семьи. Психологическая поддержка детей с ограниченными возможностями здоровья состоит в том, чтобы оказать помощь ребенку и семье в мобилизации собственных ресурсов для организации жизни в кризисной ситуации: научить ребенка принимать болезнь, а после излечения успешно жить в социуме, сохранить атрибуты «нормальной» жизни на всех этапах лечения. Важную роль в реализации психологической поддержки детей с ограниченными возможностями здоровья в стенах отделения реабилитации детей и подростков с ограниченными возможностями здоровья играет лечение смехом, или «клоунотерапия» («clowntherapy»). Она призвана – возвращать больным детям радость жизни, способствует гуманизации процесса лечения и реабилитации, улучшению качества жизни детей, привнесению положительных эмоций в жизнь ребёнка.

Для меня стало привычно появляться в отделении реабилитации г. Янаул в костюме клоуна.

Моя задача как клоуна – помочь ребенку справиться с ужасной реальностью, в которую тот попал, вернуть его к настоящей жизни. С помощью юмора, шутки, буффонады можно пробудить в ребенке веру в себя, помочь забыть трудности, да и просто — ободрить. Маленький человечек видит, какие клоуны веселые, задорные, смешные! Они бегают, прыгают, танцуют, и он тянется за ними, он хочет быть таким же – веселым и здоровым. И не только. Сегодня это уже доказанный факт, что смех и юмор помогают не только справиться с психологическим стрессом, но и влияют на клиническое состояние больного: способствуют облегчению боли, укрепляют иммунную систему. Работа клоуна требует от человека быть одновременно и актером, и врачом, и психологом, и воспитателем. Он должен быть внимательным, чутким, уметь налаживать контакт, понимать мир ребёнка, уметь импровизировать, а также иметь представления о медицинских процедурах, которые проходят маленькие пациенты, знать особенности характера клиента.

Быстро и эффективно наладить коммуникацию и установить позитивное эмоциональное взаимодействие с такими детьми удается благодаря использованию следующих элементов клоунотерапии:

– перевоплощение в клоунов, которые носят яркие костюмы и «красный» нос;

– использование в работе с детьми интерактивных форм взаимодействия (изготовление различных поделок; тренинги на сплочение команды и лидерство; ролевые игры и игры-энерджайзеры; интерактивный театр и др.);

– использование в работе с детьми «клоунских трюков» (жонглирование, фокусы, моделирование шаров (твистинг), комические интермедии и пантомимы);

– строгое следование правилам взаимодействия клоуна с детьми (входить в помещение только с разрешения детей; чувствовать ситуацию в комнате, играть со всеми людьми в комнате; избегать «дежурных»: «как дела? как вы себя чувствуете?», уважительно относиться к заболеваниям; избегать ситуаций, которые могут смутить человека; помнить, что главная цель Доктора-Клоуна – не лечить детей, а отправиться с ними в волшебный мир, в котором они на некоторое время смогут уйти от реальности в ситуации болезни. Посещать детей необходимо минимум вдвоём; проводить рефлексию после работы с детьми, делиться впечатлениями, говорить друг другу о своих чувствах; необходимо входить в помещение уже одетыми в костюм клоуна.

Ежедневное присутствие клоунов в отделение реабилитации не исключает их появление на праздниках. Здесь, на празднике у клоунов, которые провели предварительную работу по адаптации малышей, стоят новые задачи:

— закрепить приобретённые за период адаптации умения, навыки и знания ребят;

— приобщить к совместной с другими ребятами деятельности, привлечь к общению, испытать радость от совместного пребывания и общения;

— привлечь внимание, заинтересовать, развивать общую и мелкую моторику, развивать когнитивную сферу ребят (мышление, память, речь, воображение) в совместной деятельности.

Клоуны являются завсегдатаями и праздников, и развлечений по какому-либо поводу. Чтобы не терять интерес у детей, работникам приходится «подновлять» и костюмы, и репертуар выступлений.

Таким образом, использование элементов клоунотерапии в процессе психологической поддержки детей с ограниченными возможностями здоровья позволило улучшить качество жизни детей, помочь им стать более открытыми к общению, повысить их самооценку, гармонизировать отношения в семье.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: